Наверное, у каждого, кто проходил вдоль рядов с праздничным декором в торговых центрах в конце года, хотя бы однажды мелькала мысль, что вся эта красота, на которую так и хочется потратить ползарплаты, навязана нам маркетологами. Но этот вывод верен только отчасти: к большинству символов зимних праздников трепетное отношение сформировалось несколько веков назад, задолго до появления и маркетологов, и торговых центров. Мы выбрали пять таких символов: вот их истории.
Посмотреть все новогодние товарыЕль
Вообще, деревья (не только елки) в разные времена использовались в ритуалах перехода от одного времени года к другому. Считается, что традиция украшать дома хвою на Рождество и дарить детям подарки — то есть примерно в том виде, как это происходит сейчас, — сформировалась в Германии в XVI веке при Мартине Лютере Кинге, а затем распространилась по Европе.
Кстати, елочные шары — отголоски одних из первых предметов «декора»: яблок. Их вешали на ветки, чтобы создать иллюзию «живой» хвои, чудесным образом начавшей плодоносить, да еще и в холодное время года.
Традиция наряжать елку понравилась Петру I во время путешествий по Европе, и распоряжением императора ее ввели в обиход с 1700 года, при переходе на новое летоисчисление. Правда, после смерти Петра традицию забросили, и в разное время и при разной власти наряжать елку то поощрялось, то, наоборот, запрещалось.
Полная реабилитация ели и Нового года в принципе у нас произошла в конце 1930-х: в то десятилетие организовали сначала первый привычный для нас детский новогодний утренник, а через пару лет в московском Колонном зале Дома Союзов нарядили первую главную елку страны.
Дед Мороз
Этот персонаж не так прост, как кажется. Изначально прообраз Деда Мороза — дух зимы и холода, а вовсе не Нового года. Прозвища у него были разные: Трескун, Студенец, Зимник.
В русской литературе XIX века у прообраза появляется новое прозвище и новая ролевая модель: в народной сказке фольклориста Александра Афанасьева духа зимы зовут Морозко, и он занимается тем, что дает детям поручения и награждает или наказывает их, в зависимости от того, как дети с поручениями справляются. Этот морозкин «пунктик» перекликается с мифологией немецкого Санта Клауса — Вайнахтсмана: он оставлял подарки послушным детям и наказывал непослушных.
Кстати, и западный Санта — сказочное воплощение реально существовавшего епископа Николая Чудотворца — тоже повлиял на формирование образа нашего, отечественного Деда, добавив ему благодушия и склонности к щедрости.
Рождественский венок
Первый рождественский венок смастерили в XIX веке и тоже в Германии — в Гамбурге. Богослов Иоганн Хинрих Вихерн — именно он автор символа — использовал для этого старое деревянное колесо, 24 маленькие свечки и 4 большие. Чтобы дети, которые были на воспитании у богослова, могли отсчитывать оставшиеся до Рождества дни, каждое утро он зажигал одну маленькую свечку, а по воскресеньям — еще и одну большую. Так появился не только прототип привычного нам рождественского венка, но и современных адвент-календарей.
Щелкунчик
Этот тоже родом из Германии, а точнее, из немецкого городка Зайфен. В конце XVII века местные рудокопы мастерили первых щелкунчиков из олова для колки орехов и ради веселья: из-за огромного рта куклы выглядели гротескно. Функциональные игрушки пользовались популярностью на немецких ярмарках и уже в то время считались отличным подарком на рождественские праздники.
Но настоящий успех к ним пришел в XIX веке: сначала была повесть Эрнста Теодора Гофмана «Щелкунчик и Мышиный король», затем — запуск первого массового производства на токарном станке Фридрихом Вильгельмом Фюхтнером — «отцом щелкунчиков». Потом был балет-адаптация Чайковского и, наконец, мировая слава. Кстати, современные щелкунчики орехи уже не колют — за редким исключением: образ в итоге перевесил функцию.
Шампанское
Есть версия, что традиция пить шампанское на Новый год пришла к нам из наполеоновской Франции. Французские солдаты шли на Россию в 1812-м и везли с собой запасы игристого, чтобы отметить, разумеется, победу. Как мы помним из учебников истории, планам не суждено было сбыться и, отступая, французы ящики с напитком оставили: откупоривали их уже русские солдаты. Отступление наполеоновских войск пришлось как раз на конец декабря, и через год шампанское пили снова и снова — отмечали годовщину победы.
Правда, традиция пить шампанское на Новый год прижилась только у дворян: напиток тогда был не по карману простым людям. Дворяне при Александре II завели моду чокаться при этом фужерами. А вот массово игристое стало популярным в 1960-х, с выпуском доступного «Советского шампанского».
Автор: Вера Рогатко
































